aristakisyan (aristakisyan) wrote,
aristakisyan
aristakisyan

Categories:

ПОДПИСЬ УБИЙЦЫ.






ПОДПИСЬ УБИЙЦЫ.





B-40Jp3W0AAExCN.jpg-large


     Невыгодно тут убивать? Но разве хоть что-то из того, что они натворили за последние годы, было им выгодно – нет, тоже невыгодно. Но невыгодно в долгосрочной перспективе; а они не мыслят в долгосрочной перспективе. Им важно добиться моментального результата - а лучше страха еще никто ничего не придумал. Пока не придумал.
     Казалось бы, зачем им держать в застенках, морить голодом украинскую летчицу Савченко, это же принесет им много вреда. Они уже превратили ее в живой памятник сопротивления. Но они так не думают. Памятник ей поставят потом лет через сто, а кушать хочется сейчас.
     Они не думают, «что будет, если…». Если ты начинаешь думать о том, что будет, думать о предполагаемых последствиях своего действия, то ты ослабляешь свое действие и волю к действию.
     Чем они и отличаются от интеллигентов. Последний думает: я бы на их месте так не сделал. Интеллигент ставит себя на их место. Они же его на свое место не ставят. Они с собой не разговаривают. Просто действуют, сеют страх.
     Прокремлевские политологи орут, что пули, пущенные в Немцова – это первые выстрелы по Кремлю. Не наоборот. Поскольку невозможно, чтобы Кремль совершил убийство у Кремля. Но штука в том, что именно там и хотелось убить. На законном месте, на лобном месте. Больше всего хотелось убить там, где больше некому этого сделать.
     Думаю, первоначально убить Немцова хотелось вообще на территории Кремля. Затем запустить туда журналистов, репортеров - и пусть потом спорят, кто его убил. Версии убийства остались бы теми же, я вас уверяю, включая убийство из-за женщины, месть женщины.
     Фокус в том, что если бы труп Немцова обнаружили в кабинете у Путина, ничего бы не поменялось. Кто угодно может убить Немцова в кабинете у Путина, кроме самого Путина. Потому что ему это не выгодно, не нужно.
     Поэтому это сделали там под кремлевскими звездами. На лобном месте. Публичная казнь – но чтобы можно было говорить, что это сделали не мы, что мы бы так очевидно не действовали. И чтобы все при этом боялись. Советская власть держалась только на этом, только на одном страхе людей перед КГБ. Только на страхе. Ни на чем больше.
     Если бы Немцова убили в каком-нибудь другом месте, акция не произвела бы такого эффекта. Подумали бы все равно на них. Поэтому они убили его у себя на пороге, чтобы никто на них не подумал, но все понял.
     Кремль стоит и говорит сам за себя, что это сделал не он. Не может убийца остаться стоять на месте преступления и не прятаться. Убийца не может взять дело об убийстве под свой собственный контроль. Но кино и литература дают множество примеров – что может, еще как может.
     Нет? Нельзя таким очевидным образом действовать? Большая ошибка так думать. Кто таким очевидным образом действует, он и является тем, кто действует. Сегодня действуют они. И в России и на Украине.
Самую очевидную версию убийства трудно принять. Потому что она самая реальная. Хочется высасывать из пальца не такие простые версии. Хочется прилагать усилия ума. Люди любят себя награждать за свои умственные усилия.
     Не хочется думать, что можно просто захватить гражданские самолеты и нанести смертельный удар по «близнецам». Простое прямое действие. Чем оно скупее по средствам, тем оно эффективнее. Нужно быть настолько простым, чтобы не думать. Кто сказал, что убийцы Немцова думали? Они действовали. Кто думает, тот не действует. Кто действует, тот не думает.
     Конечно, они держали в своей голове эффектный образ, который уже несколько дней показывается по всему свету: труп Немцова у стен Кремля. Не потому что он там работал. Не потому что этим они хотели сказать, что это блудный сын Кремля лежит мертвый. Нет. Они так не мыслят, они не шутят. Просто они не могут позволить себе такую роскошь, как исламские фундаменталисты. Не могут подписаться: что это мы сделали. Не могут. Они же не фанатики. И поставили подпись натурой, Кремлем. Почему?
     Почему исламисты снимают на камеры, как они ритуально режут людям головы на фоне пустынь и морей. Изысканно компонуют казнь в кадре и показывают на весь мир. Ведь эти убийцы не дикари, не простой народ. Они имеют по несколько высших образований, учились и жили на Западе. Они – интеллектуалы. Не талибы из Афганистана. Они грамотные люди и понимают, что этими чудовищными акциями не могут приобрести себе сторонников в западных странах. Может быть, если бы они всего этого не делали, то большое количество людей на Западе могли бы их как-то понять; что они борются за свою альтернативную цивилизацию. Многие на западе готовы признать за ними это право. Но эти бородатые интеллектуалы посчитали, что им это не нужно, чтобы за ними что-то признавали. Ничего лучше, чем страх не придумано. Нам не нужны друзья! Главное, чтобы все знали, что это сделали мы. И будем делать еще.
     Кремль стоит над трупом Немцова, которого нет, а Кремль был, есть и будет. России может не быть, но Кремль будет. И будет убивать. Немцова убил – потому что достал. Не потому что опасен. Достал. И других, кто будет доставать, убьет. Не потому что боится, потому что – Кремль.
     Адвокат Резник заявил, что пули в Немцова влетели из радикального подполья на фоне государственной пропаганды, мол, убили его маньяки, маргиналы. Но почему они тогда Звягинцева не убили. Я бы на их месте Звягинцева убил. Звягинцев, вообще, живой? Кто его последний раз видел?
     Резник не стал приводить в пользу своей версии аргументы. Что радикалы-подпольщики хозяйничают у Кремля, просматривают место убийства камерами наблюдения, сотнями камер, в том числе из Кремля. Радикалы-подпольщики ведут слежку за лидерами оппозиции, особенно накануне протестного мероприятия. Радикалы-подпольщики управляют движением снегоуборочных машин при температуре воздуха значительно выше 0 градусов при дождливой погоде, а также машинами ГАИ. План-перехват в их случае ничего не дает. Не потому ли что «радикальным подпольем» подземельем в России всегда являлся Кремль!
     Исламисты никогда бы не совершили убийство у стен Кремля. Не их место. Не их почерк. Не их подпись. Кремль – это не их подпись. Дело не в Немцове, дело в Кремле. Чтобы рядом с трупом Немцова Кремль стоял, подпись стояла. И что еще - убить надо было того, кто не представляет никакой угрозы. Чтобы те, кто представляют угрозу, думали.
     Позвонил из-за границы отец, запретил мне выходить на улицу. Понимаете, что мой папа не один такой. Миллионы таких пап и мам позвонило своим детям, чтобы сказать: не дай Бог, не ходи. Не обязательно, чтобы папа звонил из-за границы, из дома. Папа, который внутри каждого живет, будет звонить: не ходи. Папа, который внутри.
     Простая кремлевская психология, до уровня которой либеральная оппозиция не может не опуститься, не подняться. Либералы мыслят теориями, а технологии террора это не теории. И хотя они не требуют большого ума, применяют их люди совсем не глупые. Чем проще технология устрашения, тем умнее люди, которые ее применили.
     Они выбрали Немцова. И решили его казнить под Кремлевскими окнами. Только так. Чтобы знали, кто убил, но не могли с этим согласиться. Вот и я знаю, что убили они, но сомневаюсь в себе.
     С
разу после убийства они начинают обыск у Немцова в квартире, который ведут всю ночь. Их следственные действия проходят за счет моей психологической стабильности. Наверно после убийства Немцова, Путин будет любим народом еще больше, чем до убийства.
    Я начинаю думать, что Путин не заказчик этого убийства. Путин - исполнитель. Заказчик – страх, который живет в народе. Страх заказывает жертву, чтобы боялись. Народу этой страны плохо, если в нем нет страха перед карательными органами. Путин сегодня тоже нуждается в страхе, как никогда. Поэтому – убил.
     Кто-то в тебе, кто это знает – тот будет знать. Кто-то в тебе, кто не должен этого знать – будет с этим активно не соглашаться. Потому что знание – не главное. Страх – главное.
     Страшно будет в самое ближайшее время. И это ближайшее время останется за ними. Ближайшее время – за ними. Потому что они не такие идиоты, чтобы заглядывать в будущее, которого не существует. Страх – существует.
     Сегодня они уже могут позволить себе совершить всеобъемлющее действие. Нет смысла в анонимных действиях. Убийство Немцова у стен Кремля – это всеобъемлющее действие. Как бы анонимное, но при этом все знают убийцу.


384663736

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 8 comments